Рецензия на фильм "Дуэлянт": Великолепный паноптикум мерзоты

Отчет
Автор: Федор Дроздов Городской журналист
Дата: 
29 сентября 2016
Время: 
16:00
Адрес:
Кинотеатры Нижнего Новгорода

Очень атмосферное кино. Петербург накануне отмены крепостного права передан большими жирными мазками. Грязь под ногами хлюпает, сырость покрывает облезлые стены. Позолота — и та тусклая. Город красив и непригляден одновременно. Отдельные реверансы оператору. Взгляд камеры сверху и снизу, игра света и тени производят великолепное впечатление, дополняя атмосферу мокрого и грязного города. 

Таковы же и персонажи фильма. Великолепный паноптикум мерзоты. В кого ни плюнь — так подонок или сволочь, один другого хуже. Пара второстепенных положительных персонажей лишь оттеняют общую картину. Но даже здесь особняком стоит герой Владимира Машкова, граф Беклемишев. Как писал Салтыков-Щедрин, «Взгляни на первую лужу — и в ней найдешь гада, который иройством своим всех прочих гадов превосходит и затемняет». Это прямо про него. Мерзавец из мерзацев, возвышающийся над толпой негодяев рангом пожиже. Даже главная героиня — Марфа Тучкова (актриса Юлия Хлынина) — кажется, введена в фильм для того, чтобы доказать старую истину: женщины любят именно плохишей. 

Впрочем, главный герой кино — Яковлев — в исполнении Петра Федорова, несмотря на то, что как бы олицетворяет сторону положительную, тоже тот еще мерзавец. Преследуя личные цели, способен валить людей налево и направо, пользуясь убеждением, что убивает он только плохишей и якобы имеющемся у него приобретенным даром. Чем-то напоминает Эраста Фандорина, который никогда не проигрывал. А этот не промахивается. 

Яковлев — персонаж, конечно, художественный и собирательный, но как минимум один из его прообразов вычисляется быстро. Это Федор Толстой по прозвищу Американец, известный в первой половине 19 века русский бретёр и картежник. Повторяя его жизненный путь, Яковлев попадает на Алеутские острова (отсюда и прозвище) и возвращается оттуда, покрытый татуировками. Один из диалогов — между Яковлевым и Тучковым за картами — почти слово в слово взят из записок об Американце (правда, реальная историческая ситуация имела много более оптимистичный исход, чем в картине). У каждого из них — Яковлева и Толстого — есть свой скелет в шкафу: Яковлев пытается вернуть утраченную честь, Толстой же платил за старые грехи: «Его семейная жизнь складывалась трагично: дети умирали в младенчестве. Толстой твердо уверовал, что Бог наказывает его за грехи молодости... Тогда Федор Иванович завел синодик, в котором выписал имена убитых им на дуэлях. После смерти каждого из одиннадцати детей вычеркивал имя очередного убитого и сбоку писал: квит. Полностью заплатив дань Всевышнему, сказал: - Слава Богу хоть мой цыганенок будет жить. И действительно двенадцатый ребенок - Сара дожила до глубокой старости». При всем трагизме истории Американца он все же больше запомнился современникам не как убийца-дуэлянт, а как бесшабашный гуляка, пьяница и картежник, с чувством юмора и широкой душой. Яковлев не таков. Он весь темен. Воплощенный негатив. Каждая часть его — боль или смерть. Создатели фильма позаимствовали у Американца фрагменты биографии, но не самого Американца. Кто еще из русских дуэлянтов стал частью собирательного образа Яковлева, пока выяснить не удалось — надо пересмотреть кино повнимательнее. 

Фильм вообще сделан с уважением к историческим деталям. Авторы неплохо проштудировали русскую дуэльную традицию 19 века. Монологи Яковлева, где перечисляются условия предстоящих поединков — не работа сценаристов, а условия настоящих русских дуэлей, состоявшихся в 19 веке. Выражение «репка» в связи с раной в живот — из знаменитой четверной дуэли Завадовского и Шереметева. Оружие безупречно. Насчет костюмов и экипажей я не специалист, но, думаю, здесь тоже придраться особо не к чему. Конечно, допущено некоторое смешение эпох: к 1860 году дуэли в России уже переживали упадок, а цитаты из дуэльного кодекса, идущие титрами в начале картины, относятся к кодексу, изданному только при императоре Александре III. Но для художественного произведения такое вполне допустимо. Лишь в сцене финального поединка нарушены практически все писаные и неписаные правила дуэли: на неодинаковом оружии, в присутствии кучи свидетелей, без секундантов... Должно быть, это все подчеркивает трагизм момента. 

Единственное, что в картине откровенно разочаровало — это финал. Банален донельзя. «Дракон умирает, убитый копьем, царевна идет под венец». Ожидалось что-то неожиданное или просто трагичное, но никак не такое. Может, режиссерский замысел и заключался в том, что все будут ждать чего угодно, но не столь банального исхода, и потому такой вариант развития событий окажется неожиданным. Но не прокатило. 

В любом случае, общее впечатление от фильма — положительное. Четыре с плюсом по пятибалльной шкале. Если для вас процесс важнее финала, посмотрите обязательно, не пожалеете.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажми Ctrl+Enter

Еще события в этот деньПерейти в раздел

Обсуждения (0)

Добавить комментарий

Другие события автора: Федор Дроздов

Последние новостиПерейти в раздел

Вифлеемский огонь прибудет в Нижний Новгород 19 декабря
08.12.2016
Российские скауты уже в 20-й раз присоединятся к международной...

Городские жалобыПерейти в раздел