Картины маслом от нижегородского художника Алексея Чернигина

Автор: Калякина Нина городской блогер

Есть такие художники, которые не нуждаются в представлении. И даже если вы не очень интересуетесь искусством, пару фактов из жизни и самые популярные картины вам знакомы хотя бы чуть-чуть. Но, например, знаете ли вы, что в нашем городе живет талантливый живописец, Алексей Чернигин, работы которого хорошо известны за рубежом, но не очень популярны в России и в самом Нижнем Новгороде?
 

- Алексей, расскажите, как вы начали рисовать? Ваш отец, Александр Чернигин - известный российский художник. Это он научил Вас первым азам или Вы все-таки сами взяли в руку кисть?

- Да, конечно, первый художник в моей жизни – это мой отец. С детства я рос в окружении его работ, помню запах красок и лаков в его мастерской. Отец для меня – образец отношения к своему делу, увлеченности, честности со зрителем. Для него живопись - это не работа, а образ жизни, образ мышления. Вначале отец привел меня в изостудию во Дворце Пионеров, там была очень свободная, творческая атмосфера, замечательные, нестандартно мыслящие преподаватели. Ребята были очень разные по возрасту и своим художественным интересам, участвовали в международных выставках. У меня сразу появились новые кумиры, хотелось потягаться с ними в смелости и мастерстве. И главное, там никогда не было муштры. Можно было, например, неделями крутить колесо типографского станка, печатая свои гравюры во все новых и новых цветовых вариациях, удовлетворяя вдруг проснувшийся инстинкт первопечатника.Потом я поступил в Нижегородское художественное училище, но не на станковую живопись, где традиционно учатся живописцы, а на графический дизайн. Там я многое открыл для себя, ведь у графиков совершенно иное, парадоксальное для живописца чувство листа, баланса его композиции. Мы занимались плакатом, фотографией, трехмерной пластикой, искали новые средства выражения. Я получил в училище огромный заряд нового. В то же время я стал работать в мастерской отца, изучая его технику, осваивая кухню живописи. Окончив училище, я поступил на кафедру дизайна Архитектурно-строительного университета. Здесь я оказался в совершенно новой для меня среде, где графика и пластика возведены в культ, где мыслят пространственно и концептуально. У нас был великолепный преподаватель живописи, рисунка и ассоциативной композиции Александр Корнеев. Он провел нашу группу через все шесть лет обучения. Во многом именно он сформировал во мне основы моего сегодняшнего метода работы над концепцией, понимание пространства и композиции. Ну и конечно сама архитектурная школа переключила меня на новый эстетический код, более аскетичный и сдержанный. После университета я попробовал себя и в промышленном дизайне, и в интерьерном, вот уже более десяти лет преподаю дизайн интерьера в своей alma mater. Но все эти мои разнонаправленные движения все равно не смогли увести меня от живописи, это главное дело в моей жизни.

- Несомненно, можно заметить схожие мотивы в Вашем творчестве и в творчестве Александра Чернигина. Есть даже пейзажи одних и тех же мест: Нижний Новгород, Венеция, Прага и другие. Совпадения случайны или вы специально куда-то выезжаете и вместе рисуете?

- Я бы сказал, что схожи скорее наши манеры исполнения, а не тематика. И это не подражание, а естественный процесс. Отец научил меня языку живописи, а вот что им высказать, я стал решать уже сам. Главное, что я всегда стараюсь почерпнуть в работах отца, это его восторг и восхищение жизнью, умение удивляться самым простым вещам. С детства помню такую картину – утро в деревне, выходишь на крыльцо, отец уже в саду, устанавливает этюдник. Солнце сквозь трафарет раскидистых яблонь рисует на большом, нетронутом еще холсте причудливые узоры. Рисует и стирает, снова и снова, словно в нетерпеливом ожидании.  Отец стоит у холста, поглядывая на качающиеся шапки огромного куста белых флоксов, прищелкивает языком в предвкушении…
И сейчас, когда отец привозит из сада букет пионов с такими тяжелыми мясистыми шапками и жарким ароматом, он как будто втаскивает в мастерскую кусок природного буйства. И это всегда вызов – а сможешь ли ты ухватить эту исчезающую красоту, успеешь ли совладать с этим взрывом, хватит ли у тебя мастерства и уверенности, чтобы не уступить ему в экспрессии и эмоциях? Мы часто пишем цветы вместе, вставая по разные стороны натюрморта, благо мастерская позволяет не мешать друг другу.

- У Вас много работ так или иначе связанных с Венецией? Почему именно этот город?

- Для меня Венеция всегда была запредельной мечтой, такой знакомой с детства по бесчисленным картинкам на страницах старых альбомов, но такой недостижимой и такой нереальной. Это город-зеркало, город вне времени, он веками смотрит в свое отражение. Порой кажется, что, вглядевшись в эти отражения, можно увидеть лица всех, кто когда-либо смотрелся в эти воды. Венеция - мечта для художника, в ней растворяешься без остатка.

- Продолжая тему семейной династии…А Ваши дети тоже рисуют?

- У меня двое детей, старшему уже семнадцать, младшей пять лет. Ребята очень творческие, старший сын занимается фотографией, и делает это достаточно профессионально и успешно. Дочка проявляет себя очень разнообразно, я вижу в ней определенные задатки режиссера - очень любит придумывать истории и вовлекать в них всех окружающих. Но она еще в поиске.

- Есть ли у Вас какие-то другие увлечения помимо живописи?

- Я много занимаюсь дизайном интерьера, обожаю все, что с этим связано – авторскую мебель, элементы декора, многие вещи для своих интерьеров делаю своими руками. Карнавальные маски, авторские куклы-марионетки, светильники в стиле hi-tech, увлечений много, жаль, что на все не хватает времени.

- Какие-то навыки, полученные в годы, когда Вы вплотную занимались дизайном, находят отражение в живописи?

- В годы обучения мы много проектировали транспортных средств, меня всегда вдохновляла их пластика, экспрессия и динамика линий. Во многих холстах я исследую тему скорости, движения, взаимоотношений человека и города. Мы живем в ритме города, подчиняемся его хаотичному движению, растворяемся в нем. А так хочется иногда остановиться, выйти из потока, посмотреть на это разнонаправленное движение со стороны. Вообще, скорость, как мне кажется, центральное понятие в живописи. Без нее живопись мертва. Эту мысль мы находим у Эндрю Уайета, величайшего американского художника: «Главное - это внутреннее движение в картине. Картина представляет пространство, внутренняя скорость приносит в картину категорию времени. А вместе пространство и время и образуют жизнь». Причем эта внутренняя скорость у каждой картины своя, она может быть еле уловимой, как утренний бриз или медленное движение пылинок в луче света, как на работах самого Уайета. Но она должна быть в картине.

- Среди ваших работ много портретов, а ведь многие художники признают, что это очень сложный жанр. Почему?

- Несмотря на то, что я уже давно рисую портреты, начиная новую работу, всегда волнуюсь, как в первый раз. Портрет сталкивает две личности по разные стороны холста. Художник знает свою задачу, порой уже имеет предварительный план компоновки, размещения фигуры, освещения. Но зачастую всё это преждевременно и лишено смысла. Кто заявляет, что знает в деталях о том, что будет делать, по-моему, просто привирает для солидности. В отличие от ремесленного плана, в котором четко прорисован путь от начала до конца, художнический пусть проявляется в импровизации. Невозможно планировать схемы и позы в отрыве от реального человека. Когда художник пытается управлять моделью как манекеном, та просто затаивается внутри себя, погруженная в свои мысли. Личность исчезает, подменённая похожим на нее истуканом с потухшими глазами. Портрет - это импровизационное взаимодействие, в котором сплавляются мастерство художника и восприимчивость модели. Человек, которого прихоть или обстоятельства привели в мою студию, и не представляет какой загадкой и заманчивой тайной он предстает передо мной. Любопытство переполняет, и любопытство это необходимое, иначе к созданию портрета не приблизиться.

Одного взгляда на портрет бывает достаточно, чтобы понять, готовился ли изображенный к созданию портрета. Существует даже специальное выражение – позировать. Однако, позируя, человек чаще всего напускает на себя некую «личину». Внутренне он уже как-то представляет свой визуальный образ и хочет, чтобы его видели именно в соответствии с этим его представлением. Он входит в образ, в котором, как ему кажется, он выглядит гораздо лучше. Но есть большое несовпадение между тем, как он выглядит на самом деле и тем, что ему кажется о том, как он выглядит. Этот надетый, как одежда, образ, отражается на всем: пластике тела, мимике, выражении глаз. Поэтому, приступая к портрету, художнику необходимо добиться того, чтобы модель не замкнулась в этом придуманном образе, а осталась собой. Для начала с человека нужно снять обертку позерства или маскировочного имиджа и приоткрыть его естественное состояние.

- Интересны ваши работы в стиле ню: у вас девушки никогда не смотрят на художника, это, наверняка, какая-то концепция? Почему вы выбрали это направление?

- Женская фигура для живописца - это космос, бесконечное многообразие вариаций и нюансов как в пластике, пропорциях так и в поиске новых прочтений одной и той же модели. Это не просто застывшая форма, а сгусток энергии, эмоций, чувств. В ней пульсирует жизнь, она движется, дышит. Сама структура кожи удивительным образом взаимодействует со светом, придавая поверхности тела особую цветовую глубину. Мои картины часто относят к жанру эротики, для меня этот эротический подтекст конечно интересен, но не первичен в творчестве. Мне интереснее, когда он появляется в процессе работы, а не является изначальной, или, что еще хуже, единственной задачей.

- Как зарождается новая картина?

- Каждая новая работа - это новая история. Бывает, что работа пишется в один день, бывает рождается годами. Я обожаю, когда работа получается сразу, но так бывает редко, зачастую это просто невыполнимо технологически. Но это мы рассматриваем только сам процесс написания картины, а у него есть и «подводная» часть - это разработка концепции, поиск композиции, эскизы, этюды. Картина не рождается вдруг, это всегда пласт жизни, замысел появляется как легкое дуновение ветерка, как двадцать пятый кадр, промелькнувший и застрявший где-то глубоко-глубоко. До поры он не дает о себе знать, пока не возникнет случайная ассоциация, которая вызовет совсем новое прочтение. Тогда он начинает раскручиваться, как колесо, обрастая все новыми образами и постепенно складывается во внутреннюю картину, которая уже рвется наружу, не дает покоя.

- Всегда интересно: а как выглядит рабочее место художника, где рождаются новые картины?

- Обожаю подобные вопросы. Сразу хочется напустить магического тумана, описать какую-то невероятно загадочную и экзальтированную атмосферу, в которой творишь свои полотна, в камзоле и с рогом носорога в свободной от кисти руке… Эдакая мастерская Дали представляется.  На самом деле все не так. Небольшая студия на мансарде обычной пятиэтажки, огромные окна - главное ее украшение. Два мольберта и множество картин. Вот и все.

- В Нижнем Новгороде ежегодно проходит выставка Ваших картин. А где еще можно увидеть Ваши работы?

- Сейчас я стал больше выставляться за рубежом, чем в России. Картины экспонируются в галереях США, Франции, Швейцарии.

- Есть ли у Вас самая дорогая сердцу работа?

- Я не могу сказать, что какую-то из своих работ ценю особо. Скорее я выделяю для себя несколько работ, которые составляют смысловой и эмоциональный костяк. А вообще, время идет, и в том, что считал достижением вчера, сегодня уже видишь недостатки. Но я не переделываю работы, я пишу новые. Бывает, что работа окончена и кажется, что сказал все, но со временем начинаешь ощущать, что она снова у тебя внутри крутится, цепляет образы, разгоняет маховик. Значит в этой идее есть потенциал для чего-то большего. Так, например, у меня появилась уже целая серия работ на тему несения креста.

Изначально я пытался для себя понять, как может выглядеть современная икона, написанная не по канону, не на доске и не монахом. Хотелось увидеть величественное в простом, обыденном, повседневном. Увидеть Его лицо в толпе, краем глаза заметить его скорбную фигуру, промелькнувшую между несущихся потоков машин или застыть, глядя на него в зеркало заднего вида. Так появилась картина «Против течения». А потом еще одна, уже совершенно иная по концепции. Сейчас я работаю над эскизами еще одной работы на эту тему.

Кстати, совсем недавно начала работу областная выставка нижегородских художников "Осенний вернисаж 2015", где в числе других работ представлены и картины Алексея.

Познакомиться с другими работами художника можно на персональном сайте Алексея Чернигина. 

Мнение автора может не совпадать с позицией портала «Открытый Нижний»

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажми Ctrl+Enter

Обсуждения (1)
Аватар пользователя Елена

Выставка очень хорошая,ксати. рекомендую!

Добавить комментарий

Изображение
Максимальный размер файла: 2 МБ.
Разрешённые типы файлов: png gif jpg jpeg.
Изображение должно быть меньше 1200x1200 пикселей.
Другие новости автора: Калякина Нина

Последние новостиПерейти в раздел

Ближайшие событияПерейти в раздел

Рок-опера "Птица Феникс"
19.12.2017
Режиссёр — Заслуженный артист РФ Адгур Кове Художник — Наталья...
Концерт хоровой музыки в рамках фестиваля «Полифония жизни»
19.12.2017
Фестиваль «Полифония жизни» посвящен 70-летию со дня рождения и 50-...

Городские жалобыПерейти в раздел