Никто не любит гитаристов, все любят балалайкеров

Автор: Бормотова Екатерина Городской журналист

Вот скажите мне, когда вы в последний раз играли на балалайке? Я вот, например, вчера вечером. Да-да, ничего смешного, сидела так на диванчике, ноготком струны цепляла вместе с еще двумя десятками человек. А выпало нам это счастье, благодаря команде мануфактуры «БалалайкерЪ», приехавшей в Нижний Новгород в рамках благотворительного тура "БалалайкерЪ на Териберку" с лекцией-концертом, ставшей вторым мероприятием в рамках лектория "Типичного Нижнего". На творчество этих ребят я уже натыкалась в сети и проигнорировать сие мероприятие просто не могла, догадываясь, что оно будет весьма занимательным.

К лекции на тему «Как создать моду на народную культуру» я подготовилась – взяла ручку, блокнот… Но все эти канцелярские принадлежности так и остались лежать в сумке, вместо них мне выдали балалайку и заставили разучивать наигрыш. Обучением занимался преимущественно Евгений Харламов – один из организаторов мануфактуры «БалалайкерЪ» и участник коллектива, он же вещал. Его коллега Сергей Ключников больше отмалчивался, но выглядел вполне доброжелательно и изредка даже отшучивался. Мне показалось, что именно такой формат выступлений у команды отточен уже давно – хотя проект существует всего два года, слаженности их работы могут позавидовать куда более «взрослые» группы.

Впрочем, «БалалайкерЪ» - это не просто группа, это, можно сказать, целая философия. Ну, или субкультура – как хотите. И мы – посетители мастер-класса и концерта – так или иначе стали ее частью. А лично я, кажется, и вовсе влюбилась в балалайку. И даже захотела на ней играть. Кто бы мог подумать.

Собственно на это и направлен их проект – на возрождение не музыкальных традиций, но любви к родному инструменту. После концерта, пока Ключников сейшенил с заглянувшим на огонек юным гармонистом, мы с Харламовым побеседовали о разнице между балалаечниками и балалайкерами, схожести традиционной и электронной музыки и о Егоре Летове.

- Жень, расскажи как все начиналось. Как вы вообще пришли к традиционной музыке и балалайке в частности?

- Ну, Сергей пришел, наверное, через корни, у него очень музыкальная семья: бабушка играет, дядя. Я же долгое время работал в Ансамбле Покровского и как-то со временем начал тяготеть больше к инструменталке. Я вижу в ней большую связку с электронной музыкой - по непрерывности звучания, по тем сложным состояниям, в которые ты можешь впадать, играя традиционную и электронную музыку, нечто такое близкое к мистико-языческому полутрансу. Начинали мы с таких непрерывных сетов, когда долго исполняешь один наигрыш, просто погружаешь человека в эту среду, в эту музыку, даешь ее прочувствовать. Это отличается от обычных концертов фольклорной музыки, когда слушателям демонстрируют короткие отрывки: «Вот мы вам сейчас покажем наигрыш из деревни Вахромеевка Архангельской области». Минуту поиграли: «А вот сейчас из другой области». Конечно, так человек не может понять музыку, он сидит как в музее и его это все не касается. Наша же идея – сделать музыку живой, чтобы люди играли так, как они играли раньше: дома, на улицах, на дачах. Чтобы играть на инструменте могли все, а не только те, кто учился сначала в музыкальной школе, потом в училище, потом в консерватории, а потом надевает галстук-бабочку и выходит на сцену. Балалайка – это народный инструмент и мы хотим, чтобы он вернулся в народ.

- И для этого вы сделали проект «БалалайкерЪ»?

- В том числе. Если говорить о появлении самого термина «БалалайкерЪ» - он был придуман два года назад, когда мы только открыли музей балалайки в Ульяновске. Вечером после открытия мы с Сергеем поняли, что быть мануфактуре. Дело в том, что когда мы стали интересоваться, искать инструменты, оказалось, что их нет. То есть, если даже захочет человек играть – ему играть-то не на чем. Можно купить, конечно, в музыкальном магазине, но на ней вам придется несколько месяцев учиться, чтобы вы хоть что-то смогли выдать. Мы решили исправить эту ситуацию и открыть свое небольшое производство. В это же время родился и «БалалайкерЪ». Это некая антитеза «балалаечнику», потому что балалаечник – это тот самый человек, который учится играть, ходит в музыкальную школу, в училище… Балалайкеръ же – это скорее, определенный образ жизни. Мы видим в балалайкерах людей, которые живут свободной жизнью, делают то, что считают нужным, даже если обстоятельства как-то этому мешают. Ну и еще могут играть на балалайке – как бонус. Или на гармошке, почему бы и нет. Это некое внутреннее движение, у нас оно выражено тем, что мы производим инструменты, играем музыку. 
Музей в Ульяновске - это такой пилотный проект, на самом деле мы планируем, что он разрастется в нечто большее, и подобные пространства, где люди смогут не только с историей балалайки познакомиться, но и чаю попить, о музыке поговорить, поиграть вместе, откроются в других городах - Москве, Питере, Нижнем...

- Хорошо, термин, музей и мануфактура появились два года назад, но ведь музыкой вы занимались и раньше?

- Конечно. Сбором инструментальной музыкальной традиции мы занимались около 10 лет – ездили в экспедиции, учились играть у дедов… У нас есть еще параллельный музыкальный проект ТРИДЭ ПРОЕКТ, он, собственно, и лег в основу всего, что мы сейчас делаем.

- А в Нижегородской области бывали в экспедициях? Есть у нас свои музыкальные особенности?

- Нет, я у вас в регионе именно в экспедициях практически не был, но мы часто через нее проезжали. Однажды решили объехать пробку, свернули и случайно заехали в какую-то деревеньку, где наткнулись на полу разрушившийся дом. И в нем нашли два потрясающих старинных сундука середины 19 века, а в куче хлама откопали икону. Мы ее оставили на крыльце местного храма – он тогда был закрыт - так что теперь там есть своя новоявленная икона.
По музыке Нижегородская область очень богата, но обычно исследователи изучают какой-то один регион – это удобно, знаешь о чем с людьми разговаривать, знаешь наигрыш, который можно спрашивать. Мы больше ездили в экспедиции по Симбирской губернии и там, например, начинать разговор лучше с «Подгорной». Человек же тоже не всегда может вот так сразу начать играть, многие деды годами не держали балалайку в руках. Отмахиваются, говорят: не знаю я, не помню ничего. Уговариваешь: давай, может «Подгорную» хоть. Ну, и он понемногу вроде соглашается, попробует, потом смотришь – он разыгрался, в раж вошел. А потом память возвращается, через базовые наигрыши выводишь их на что-то более архаичное…

- Сейчас у вас с проектом, наверное, много работы, некогда материал собирать?

- На мой взгляд, сейчас экспедиции нужны скорее для общения с музыкантами, чем для сбора материала – за последние 50 лет его собрано столько, что за всю жизнь не переслушать. У нас есть знакомые, у которых архивы исчисляются гигабайтами MP3 записей на прослушивание которых понадобится 50-60 лет. Все, зачем ты можешь поехать в экспедицию – это увидеть живого музыканта, черпануть импульса, который здесь, в городе, сложно просто так получить. А собирать материал сейчас уже глупо просто.

- Насколько я знаю, вы же не только традиционную музыку играете, но и современную тоже?

- У нас есть еще параллельный проект Creepy Three Strings, идея которого донести до людей инструментальную балалайку через каверы на какие-то классические западные записи. В качестве эксперимента мы делали кавер на композицию Creep Radiohead. Будем продолжать этот проект развивать, потому что благодаря ему определенная аудитория может увидеть, что на балалайке можно играть не только что-то непонятное, «Калинку-малинку», но и песни, которые нам знакомы. Ну или вот сегодня мы играли Гражданскую Оборону, Егора Летова, которого многие знают и который для многих стал символом русской постсоветской философии.
Когда мы играем современную музыку, мы все равно используем те же приемы, наигрыши, а именно в них и заключается самое главное. То есть, раньше ведь тоже не было такого, что выучил человек четыре наигрыша и всю жизнь их играет – он выучил стиль, выучил приемы и на них может играть все что угодно. 
Знаете, нас иногда приглашают для участия в каких-нибудь фестивалях традиционной музыки, мы выходим и играем Летова. Все потом подходят: а что это вы такое интересное выдали? А мы говорим, что это архаика. Какая разница? Людям нравится.

- А народники не обижаются? Все-таки балалайка – инструмент, к которому у нас особое отношение.

- Особое, да. Мы как-то решили провести эксперимент – вышли в парк с балалайками. Люди проходили – кто-то смотрит косо, кто-то смеется, кто-то начинает какие-то странные движения руками и ногами делать, в телевизоре когда-то виденные. Почему? Шаблон какой-то у людей в голове, комплексы, предрассудки. У детей этих предрассудков нет, поэтому они останавливались, залипали, слушали – им интересно было.
В то же время от укулеле никому ведь не смешно. Почему? Потому что красивые мальчики и девочки на укулеле играют слащавые песни, улыбаются, источают страсть, секс, любовь… Это модно. Хотя это такой же народный инструмент – сидели гавайцы на завалинках, мастерили из чего придется эти укулеле и играли на них свои народные песни. А потом какой-то европеец увидел, вдохновился, дал инструмент в руки красивым мальчикам и девочкам, вытащил их на большую сцену…
Если вернуться к балалайке и современной музыке, то была у нас такая история: у одного нашего ученика ребенок не очень любил играть на балалайке, и давалось ему плохо… А когда мы дали ему несколько упражнений на базе современной музыки – он сразу заиграл. Потому что ему стало интересно.
Нет смысла в этом вот «мы будем играть только «Барыню» и «Подгорную», потому что это наши корни». Корни – это когда у тебя внутри музыка звучит, а все остальное – ересь и бред сивой кобылы. Так что не нужно думать, что мы хотим упростить балалайку, нет. Мы хотим сделать так, чтобы человеку хорошо игралось. 

Фото: Козлов Елисей

Мнение автора может не совпадать с позицией портала «Открытый Нижний»

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажми Ctrl+Enter

Обсуждения (0)

Добавить комментарий

Изображение
Максимальный размер файла: 2 МБ.
Разрешённые типы файлов: png gif jpg jpeg.
Изображение должно быть меньше 1200x1200 пикселей.
Другие новости автора: Бормотова Екатерина

Последние новостиПерейти в раздел

Ближайшие событияПерейти в раздел

Музыкальная сказка "Летучий корабль"
15.12.2017
Автор инсценировки и режиссёр — Владимир Червяков Художник — Наталья...
Final Friday в Milo Concert Hall
15.12.2017
Последняя и самая громкая вечеринка года!

Городские жалобыПерейти в раздел